11:09 

Напильник
Привезли нам в ночи хача молодого. Дельмурот зовут, ну по-русски Димой называли. Разрыв сухожилий на кисти. А у нас хирург-травмотолог, Юриваныч, мало того, что дебил, так еще и фашист пизданутый. Анестезию и обезболивание презирает и режет на корню. Как-то мужику вместо ногтя полпальца оттяпал, так тому еще повезло.
Ну короче, лежит этот Дима, под наркозом местным, то ли наркоз не подействовал, то ли Юриваныч не туда вколол, то ли еще что-то. Четыре часа ночи, всем похуй.
На операции стоит значит женщина больших размеров и большого самомнения, ну и я там, в качестве группы поддержки на заднем плане маячу.
Юриваныч шьет, Дима орет очень громко, Контуева, подбоченясь и притопывая ногой:
- Что больно тебе, Дима?
- Больно, - отвечает Дима.
- Тебе больно, а я спать хочу.
Продолжаем шить.
- Дима, не кричи, а то мы все маме твоей расскажем, - глумится Контуева, все также приплясывая.
- Не надо маме.
- Вот сейчас мы возьмем и позвоним твоей маме.
- Нинадаааааа - воет Дима.
- Слушай, Дима, - начинает бесится Контуева, - ехал бы ты из России. Ну что тебе здесь делать?
- Да, да - соглашаеццо Дима.
Четыре часа ночи, Юриваныч продолжает шить. Контуева за его спиной начинает мне жесты всякие показывать. Пальчиком кружочек в воздухе обведет и 4 пальчика покажет.
Я не вкуриваю. Я блять спать хочу, она подплывает ко мне и говорит шепотом: звонить, блять, Анастасу на четвертый этаж, в травму, а то бля до утра простоим.
Ну позвонила, тишина. Поперлась за Анастасом. Премся мы, значит, с ним по коридору, а он блять: Ну где этот дебил пизданутый? Заходим в операционную. Контуева подпрыгивая говорит: мойтесь, мол, Анастас Семеныч, поассистируйте Юриванычу, и глазками на Юриваныча зырк.
Постоял Анастас, посмотрел на это все дело и говорит:
Эх, пойду я спать.
И ушел.
Вот сука! - прошипела Контуева.
Дима жив, дошили к пятому часу.

URL
   

Реголетто под забором

главная